Филиппийцам 2:13

Смотри, что стоит прямо перед этим стихом: «со страхом и трепетом совершайте свое спасение» ( Флп 2:12). А теперь — вот причина, «потому что»: не потому, что ты сам должен наскрести откуда-то силу воли, а потому, что Бог уже действует внутри тебя. Павел называет две вещи, которые Бог производит: «хотение» — само желание, само «хочу» — и «действие» — способность это исполнить. Обычно мы думаем, что желание — это моё, а помощь нужна только на этапе исполнения. Павел разбивает эту схему: даже само желание жить для Бога — Его подарок Tyndale. И делает Он это не по обязанности и не потому, что мы это заслужили, а «по Своему благоволению» — то есть просто потому, что Ему так угодно, из чистой доброй воли.

Легко упустить одно слово — «производит» (в оригинале это глагол в настоящем времени, действие продолжается прямо сейчас, не разово). Это не то, что Бог когда-то давно завёл в тебе механизм и отошёл в сторону. Он действует в тебе сегодня, пока ты читаешь эти строки.

Здесь встаёт древний и до сих пор живой спор: если Бог производит и хотение, и действие — то при чём тут наше «совершайте своё спасение» из стиха 12? Католическая и православная традиции обычно подчёркивают, что благодать и человеческая воля работают вместе, синергично; протестантская, особенно реформатская, традиция настаивает, что даже эта «синергия» возможна только потому, что Бог первым делает волю живой — иначе она мертва. Павел, похоже, не пытается решить этот философский вопрос — он просто держит оба утверждения рядом, не извиняясь Jamieson-Fausset-Brown.

В более широком контексте письма это часть большого гимна о смирении Христа ( Флп 2:1-11), за которым следует практический вывод: если Христос так смирился, то и вы живите так же — а сила на это придёт не от вас.

Письмо к Филиппийцам написал апостол Павел, скорее всего, около 60-62 гг. по Р.Х., находясь под арестом — вероятно, в Риме, ожидая суда перед императором (об этом он сам говорит в Флп 1:13, упоминая «претория»). Филиппы — римская колония в северной Греции, город, гордившийся своим гражданством и связью с Римом; жители носили латинские имена, соблюдали римские законы, многие были ветеранами римской армии, получившими там землю. Это была первая церковь, которую Павел основал в Европе (об этом рассказывает Деяния 16), и отношения у него с этой общиной были особенно тёплыми — они не раз присылали ему деньги, когда он нуждался.

Павел пишет им из тюрьмы, не зная, казнят его или отпустят. И при этом всё письмо пронизано радостью и заботой не о своей судьбе, а об их духовном состоянии — особенно о том, чтобы среди них не было раздоров и соперничества (об этом Флп 2:1-4). Гимн о смирении Христа в Флп 2:5-11 — это, возможно, отрывок из раннего христианского гимна, который Павел цитирует, чтобы показать: путь величия — это путь вниз, путь послушания вплоть до смерти.

Стих 13 идёт сразу после призыва «работать над своим спасением» — фраза, которая могла звучать пугающе для людей, привыкших к римской культуре заслуг и достижений. Гражданин Филипп знал цену дисциплине, армейскому послушанию, гражданскому долгу. Павел говорит на их языке — «трудитесь», — но тут же переворачивает всю логику: труд возможен только потому, что Сам Бог уже трудится в них первым.

Ключевое слово здесь — ἐνεργέω (energéō), G1754 — «действовать, производить эффект» Strong's. От этого слова происходит наше «энергия», но у Павла оно значит не абстрактную силу, а активную, целенаправленную работу — как мастер, который вкладывает руки в материал, а не просто наблюдает со стороны John Gill. Форма глагола здесь длительная — Бог не произвёл однажды и отошёл, Он продолжает производить.

Дальше стоят два маленьких, но весомых слова: θέλω (thélō), G2309 — «хотеть, желать, определять для себя» Strong's. Это не пассивное «мне бы хотелось», а активное решение воли. Именно эту способность — саму способность захотеть добра — Павел приписывает Богу.

И третье — εὐδοκία (eudokía), G2107 — «удовлетворение, доброе намерение, благоволение» Strong's. Это слово встречается в благовестии ангелов при рождении Христа — «в человеках благоволение» ( Лк 2:14) — и в словах Отца о Сыне: «в Котором Моё благоволение» ( Мф 3:17). Бог действует в тебе не по расчёту и не по принуждению, а из того же источника радостной доброй воли, из которого Он послал Сына.

Наконец, предлог ὑπέρ (hypér), G5228 — «ради, для, во имя» Strong's — показывает, что всё это происходит не просто «по» благоволению, а «ради» него, во исполнение Его собственного замысла.

Этот стих идёт сразу после самого высокого христологического гимна во всём Новом Завете ( Флп 2:5-11) — где Христос, будучи в образе Божьем, не держался за это, но уничижил Себя, приняв образ раба, и был послушен даже до смерти крестной. И вот сразу после этого Павел говорит: тот же Бог, что действовал в Христе такое смирение и послушание, действует теперь и в вас. Это не случайность порядка мыслей — это сердце того, что называют «Евангелием»: спасение, которое Бог совершил через послушание Христа, теперь становится силой, которая производит послушание и в тебе.

Вспомни, что Сам Иисус говорил о Себе: «Я ничего не могу творить Сам от Себя... ибо, что творит Он, то и Сын творит также» ( Ин 5:19) и «слова, которые говорю Я вам, говорю не от Себя; Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела» ( Ин 14:10). Совершенный Человек, Иисус, жил именно так, как Павел теперь описывает христианскую жизнь: воля и действие, полностью пронизанные Отцовским действием, и при этом — полностью Его собственные, живые, настоящие. Иисус — не только объект нашей веры, но и образец этой самой синергии, о которой спорят богословы: Он был полностью человеком, действующим человеческой волей, и при этом полностью послушным Отцу в каждом движении этой воли.

И ещё: только потому, что Христос уже «совершил» спасение на кресте — раз и навсегда, — Павел может сказать «совершайте своё спасение». Это не работа ради получения спасения, а работа, вытекающая из уже подаренного спасения, как тепло, вытекающее из уже разожжённого огня.

Вот в чём подвох этого стиха: он не даёт тебе повода расслабиться, но и не даёт повода для гордости. Если ты когда-нибудь ловил себя на мысли «я стараюсь, но у меня ничего не выходит духовно» — этот стих говорит тебе: само это желание стараться уже не твоё изобретение, это Бог уже что-то в тебе зажёг. А если ты, наоборот, гордишься своей дисциплиной, своей духовной зрелостью — этот стих обрушивает эту гордость: даже твоё «хотение» пришло не из тебя.

Цена, которую этот стих требует, — отказ от двух удобных позиций сразу. Первая: «Бог всё сделает, а я подожду, пока во мне что-то само зашевелится» — нет, ты призван работать, трудиться, со страхом и трепетом. Вторая: «я справлюсь сам, если постараюсь» — нет, ты и захотеть-то не смог бы без Него.

Спроси себя честно сегодня: где в твоей жизни ты либо оправдываешь духовную лень словами «ну, если Бог захочет, Сам подвинет», либо изматываешь себя, пытаясь родить в себе желание молиться, любить, прощать — своими собственными силами, стиснув зубы? Оба пути — тупик. Павел зовёт к третьему: проси у Бога само желание, прежде чем просить силы его исполнить. Молись не только «дай мне сил простить», но и «дай мне захотеть простить» — потому что порой самая честная молитва — это признание, что ты даже не хочешь того, что должен хотеть.

• Господи, я признаю, что даже моё желание жить для Тебя — не моё собственное достижение; произведи во мне это желание там, где его нет.
• Прости меня за те моменты, когда я гордился своим духовным усилием, будто оно родилось только из меня самого.
• Прости меня и за те моменты, когда я использовал «Бог всё сделает» как оправдание своей лени и бездействия.
• Дай мне сегодня и хотение, и силу сделать конкретный шаг послушания, который я откладываю.
• Научи меня видеть Твоё благоволение в том, что Ты вообще снисходишь действовать во мне — таком слабом и непостоянном.

• Где в моей жизни я делаю вид, что «хочу» духовно расти, но на самом деле не хочу — и что мне мешает признать это Богу честно?
• Есть ли область, где я оправдываю бездействие тем, что «жду, пока Бог что-то сдвинет во мне», хотя на самом деле я просто боюсь трудиться?
• Могу ли я вспомнить момент, когда во мне появилось желание сделать что-то доброе, которого раньше не было — и приписал ли я это себе или узнал в этом руку Бога?
• Если бы я перестал полагаться на собственную силу воли прямо сейчас, что бы изменилось в том, как я молюсь?
• Что во мне гордится своей «духовностью» настолько, что этот стих задевает мою гордость?