Ефесянам 3:20

Смотри, как построена эта фраза — она вся крутится вокруг одного слова: «может». Не «может быть, сделает», не «постарается» — а имеет силу сделать. И что сделать? «Несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем». В греческом тексте здесь стоит целая гроздь усилительных слов, которые буквально наваливаются друг на друга: сверх, из, изобильно Strong's. Павел как будто пытается сказать что-то, для чего в языке просто не хватает слов, и поэтому громоздит одно превосходство на другое.

Обрати внимание на порядок: сначала — «чего мы просим», а потом — «о чем помышляем». Мысль шире молитвы: ты можешь попросить не всё, что придумываешь, но помышлять — воображать, желать в глубине сердца — ты можешь гораздо дальше своих слов Jamieson-Fausset-Brown. И вот именно эту границу твоего воображения Бог не просто достигает, а перепрыгивает.

Легко пропустить последнюю часть стиха: «действующею в нас силою». Это не абстрактное всемогущество где-то там, в небе. Это сила, которая уже работает — прямо сейчас, внутри тебя Adam Clarke. Павел только что молился (стихи 16–19), чтобы Христос вселился в сердца верующих, чтобы они утвердились в любви — и вот этот стих подводит итог: то, о чём он просил, само по себе уже мало, потому что Бог способен дать больше.

Это заключительная часть большой молитвы апостола ( Ефесянам 3:14–21), которая завершает первую, богословскую половину письма перед тем, как он перейдёт к практическим наставлениям в главах 4–6 Tyndale. Разночтений в толковании здесь немного — все согласны, что речь о безграничной силе Бога, — но есть разница в акценте: одни толкователи (как Джон Гилл) видят здесь прежде всего повод для прославления Бога в церкви, а другие делают акцент на личном опыте верующего, на том, что эта сила уже реально трудится в тебе.

Письмо к Ефесянам написал апостол Павел, скорее всего, около 60–62 годов по Р.Х., находясь под домашним арестом в Риме — он ждал суда перед императором, прикованный цепью к римскому солдату (см. Деяния 28:16, 30–31). Это не письмо, написанное в спокойном кабинете. Он диктовал его, зная, что его судьба в руках земной власти, которая может его казнить.

Ефес был огромным портовым городом в Малой Азии (сегодняшняя западная Турция) — центром торговли и, что важнее, центром культа богини Артемиды, чей храм считался одним из семи чудес древнего мира. Люди в этом городе жили в атмосфере магии, заклинаний, страха перед духами и стихиями (вспомни Деяния 19:19, где новообращённые сжигали книги по колдовству на огромную сумму денег). Для них разговор о «силе» был не абстракцией — они каждый день боялись сил, которые, как им казалось, управляют их судьбой.

Именно в этом контексте Павел говорит о другой силе — не магической, не тёмной, а силе Бога, воскресившего Христа из мёртвых (об этом он прямо пишет чуть раньше, в Ефесянам 1:19–20). Церковь в Ефесе, скорее всего, состояла как из бывших язычников, так и из иудеев, и Павел в этом письме показывает, что во Христе оба народа объединены в одно новое человечество ( Ефесянам 2:14–16). Молитва в конце третьей главы — это не формальность, а кульминация: он хочет, чтобы эти вчерашние язычники, привыкшие бояться духов и покупать заклинания, узнали, что сила, живущая теперь в них через Христа, превосходит всё, что они могли себе вообразить в самых смелых языческих фантазиях о богах.

Ключевое слово стиха — глагол δύναμαι (dýnamai, G1410) — «быть способным, иметь силу» Strong's. От этого же корня чуть дальше в стихе стоит существительное δύναμις (dýnamis, G1411) — «сила, мощь», от которой, кстати, произошло слово «динамит» — хотя лучше думать не о взрыве, а о живой, действующей энергии.

Но самое поразительное — это нагромождение предлогов и наречий вокруг слова «больше». Павел ставит рядом ὑπέρ (hypér, G5228) — «сверх, выше, за пределами» — и ἐκ (ek, G1537) — «из, вне» — и περισσός (perissós, G4053) — «избыточный, превосходящий меру» Strong's. В буквальном переводе получается что-то вроде «сверх-из-переизбыточно» — Павел буквально складывает превосходные степени друг на друга, потому что одного слова ему не хватает.

Ещё стоит заметить глагол ἐνεργέω (energéō, G1754) — «действовать, быть деятельным, производить эффект» Strong's — от него наше слово «энергия». Это не сила, лежащая где-то в запасе, а сила, которая работает прямо сейчас, как двигатель под капотом.

И наконец глагол νοιέω (noiéō, G3539) — «размышлять умом, постигать, воображать» Strong's — стоящий рядом с αἰτέω (aitéō, G154) — «просить». Павел специально противопоставляет молитву (то, что произносится вслух) и мышление (то, что рождается в самой глубине ума) — и говорит, что Бог превосходит и то, и другое.

Сила, о которой здесь говорит Павел, — не безымянная. Он уже назвал её конкретно чуть раньше в этом же письме: это та самая «сила, которою Он воздействовал во Христе, воскресив Его из мертвых» ( Ефесянам 1:19–20). То есть, когда ты читаешь стих 20, ты должен мысленно поставить перед глазами не абстрактное всемогущество, а пустую гробницу. Сила, которая перевернула камень и вернула к жизни мёртвое тело — вот та сила, которая, по словам Павла, «действует в нас».

Это переворачивает всю логику молитвы. Мы обычно просим у Бога в пределах того, что кажется реалистичным — исходя из наших ресурсов, наших обстоятельств, нашего опыта разочарований. Но Христос — это доказательство того, что Бог не связан пределами возможного для человека. Если Он способен воскресить мёртвого, то Он способен на «несравненно больше», чем ты вообще решаешься попросить.

И здесь есть прямая связь с Евреям 7:25 — Христос «всегда жив, чтобы ходатайствовать» за приходящих к Богу через Него. Сила, которая работает в верующем, — это не безличная энергия, а живой воскресший Христос, действующий через Своего Духа изнутри. Именно поэтому Павел молился в предыдущих стихах, чтобы «Христос верою вселился в сердца» ( Ефесянам 3:17) — и только после этой молитвы делает вывод о безграничной силе. Всё упирается в одно: если в тебе живёт Тот, кто победил смерть, то твои самые смелые молитвы — это ещё далеко не потолок того, что возможно.

Спроси себя честно: когда ты последний раз молился о чём-то по-настоящему большом? Не о «хорошем дне» и не о «мирном разговоре с коллегой», а о том, что кажется тебе почти невозможным — о примирении, которое выглядит безнадёжным, о зависимости, которая держит тебя годами, о призвании, о котором ты боишься даже произнести вслух?

Этот стих — не таблетка позитивного мышления. Это вызов твоей вере в очень конкретной точке: ты веришь, что Бог способен на «сверх-из-переизбыточно» — или ты давно уже подрезал свои молитвы под размер того, что кажется тебе реалистичным? [[cite:adam-clarke] говорит об этом прямо — наше воображение может рисовать благо, которому нет названия, и всё равно Бог способен на большее. Проблема обычно не в том, что Бог не может. Проблема в том, что мы боимся просить или даже мечтать, потому что боль разочарования кажется страшнее, чем жизнь с маленькими, безопасными молитвами.

Но заметь и другую сторону: сила «действует в нас» — не рядом с тобой, а внутри. Значит, эта молитва не про то, чтобы Бог издалека исполнил список твоих желаний, а про то, что Он уже поселился в тебе и меняет тебя изнутри — часто не так, как ты просил, а глубже. Цена, которую этот стих просит от тебя, — отказаться от контроля над формой ответа. Ты можешь просить и воображать, но последнее слово не за тобой. Готов ли ты довериться силе, которая превосходит твои самые смелые мысли, даже если её путь окажется совсем не таким, каким ты его себе представлял?

• Господи, прости меня за то, что я подрезаю свои молитвы под размер того, что кажется мне возможным. Научи меня просить смелее.
• Благодарю Тебя, что сила, воскресившая Христа из мёртвых, действует прямо сейчас во мне — открой мне глаза увидеть, где она уже работает.
• Помоги мне не бояться разочарования и всё же приносить Тебе самые глубокие, невысказанные желания моего сердца.
• Научи меня доверять форме Твоего ответа, даже когда она не похожа на то, что я себе представлял.
• Дай мне сердце, которое славит Тебя не только за исполненные молитвы, но и за саму силу, которая живёт во мне через Христа.

• О чём ты давно перестал просить Бога, потому что решил, что это «слишком много» или «нереалистично»?
• Если бы ты по-настоящему поверил, что сила Христова уже действует внутри тебя, что бы ты изменил в своей жизни на этой неделе?
• Где в твоей жизни ты подменил доверие Богу контролем — пытаясь сам обеспечить результат, вместо того чтобы просить и ждать?
• Вспомни момент, когда Бог сделал больше, чем ты просил или мог представить. Как эта память влияет на твою сегодняшнюю молитву?
• Готов ли ты принять ответ Бога, если он придёт не в той форме, в которой ты его вообразил?