Псалтирь 97:1

Смотри внимательно на первые слова: "Воспойте Господу новую песнь". В Псалтири "новая песнь" — это не просто ещё один гимн. Это песнь, которая рождается тогда, когда Бог совершает что-то настолько свежее и небывалое, что старые слова уже не годятся (сравни Псалтирь 33:3, 143:9). Здесь причина этой новой песни названа прямо: "ибо Он сотворил чудеса". Речь не о фокусах, а о делах спасения — таких, что напоминают исход из Египта, но здесь ещё живее, ещё ближе.

А дальше — самое важное и самое легко пропускаемое: "Его десница и святая мышца Его доставили Ему победу". Обрати внимание на местоимение — победу Он одержал не для кого-то со стороны, а "Ему", то есть Сам, Своей собственной силой. Правая рука и святая мышца — это два образа одной и той же руки, удвоенные для усиления: никто не помогал Богу победить, никто не подставлял плечо. Это Его личная, единоличная победа Jamieson-Fausset-Brown.

Этот стих открывает целую группу псалмов (93–99), которые звучат как коронационный гимн — "Господь царствует". Новая песнь здесь — это гимн восшествия на престол Matthew Henry. Христиане расходятся в том, о каком именно событии здесь поётся: одни видят исторический повод (победу Давида, или возвращение из вавилонского плена), другие — а таких большинство в христианской традиции — слышат здесь пророческий голос, смотрящий вперёд, к окончательной, вселенской победе Царя, которого мир ещё не видел во всей полноте.

Автор псалма не назван. Многие исследователи относят его ко времени после вавилонского плена — то есть после 539 года до н.э., когда персидский царь Кир позволил евреям вернуться из Вавилона в разрушенный Иерусалим. Народ, вернувшийся домой, был маленьким, бедным, окружённым враждебными соседями и подчинённым огромной персидской империи. В такой ситуации петь "новую песнь" о том, что Бог одержал победу — это акт дерзкой веры, а не самоочевидный факт на политической карте.

Псалом писался для храмового богослужения — его пели хоры левитов под аккомпанемент труб и других инструментов (это видно из продолжения псалма). Такие гимны напоминали народу об исходе из Египта — величайшем спасении их истории, — и утверждали, что Бог, вырвавший их из рабства фараона, снова действует, снова спасает. Для народа, который со стороны выглядел раздавленным и незначительным, этот гимн был публичным заявлением: наш Царь правит не только над нами, но над всей землёй — включая народы и острова, которых они даже никогда не видели.

Имя, которое стоит за словом "Господу" — это יְהֹוָה (Yᵉhôvâh), H3068, священное имя завета, "Сущий", Тот, чьё бытие ни от кого не зависит Strong's. Когда псалмопевец зовёт "воспойте Господу", он зовёт не к абстрактному божеству, а к конкретному Богу, Который заключил завет с Израилем и держит Своё слово.

Этот призыв к пению звучит внутри целой семьи родственных псалмов (95–99), и в них повторяются слова, которые задают тон всей этой группе: מָלַךְ (mâlak), H4427 — "царствовать", восходить на престол Strong's; גִּיל (gîyl), H1523 — буквально "кружиться" от сильного чувства, то есть ликовать до головокружения Strong's; שָׂמַח (sâmach), H8055 — светлеть лицом, сиять радостью Strong's. И даже אִי (ʼîy), H339 — "остров, обитаемый клочок земли" Strong's, образ самых далёких, самых оторванных от центра мира мест. Эти слова рисуют картину: радость от воцарения Бога не остаётся в стенах храма — она докатыв