Псалтирь 89:14

Смотри, что здесь происходит. Моисей — да, по надписанию это его молитва, «человек Божий» Jamieson-Fausset-Brown — только что несколько стихов рассказывал, как коротка и хрупка человеческая жизнь: мы как трава, утром зеленеем, вечером увядаем (ст. 5-6), наши годы «улетают» под гневом Божьим за грех (ст. 7-10). И вот после этого горького признания он не опускает руки, а просит: «Рано насыти нас милостью Твоею».

«Рано» здесь — не просто «в шесть утра». Это продолжение той же мысли о краткости жизни: раз дни наши так быстро проходят, Господи, пусть Твоя милость придёт первой, пусть она встретит нас с самого начала дня, а не как запоздалая компенсация вечером, когда уже поздно. И слово «насыти» — это язык еды, голода, наполнения желудка. Моисей не просит красивого чувства — он просит, чтобы Бог накормил измученный, смертный народ так, чтобы этой сытости хватило на «все дни наши».

Легко пропустить связь между «насыти» и «будем радоваться»: радость здесь — не настроение, которое можно вызвать усилием воли, а следствие насыщения милостью. Сначала накорми — потом будет петь.

В книге Псалтирь этот псалом открывает четвёртую книгу (по еврейскому делению), сразу после псалма 88 (по русской нумерации), который заканчивается плачем о разрушенном царстве и, кажется, забытом завете с Давидом. Моисей — куда старше люб