Псалтирь 51:10

Этот стих — не про покаяние Давида после греха с Вирсавией, хотя в русском синодальном переводе он стоит под номером Псалтирь 51 и потому его легко перепутать с знаменитым «Помилуй мя, Боже» (это другой псалом, 50-й у нас, 51-й в еврейской и английской нумерации). Здесь другая история: перед тобой стих, который в еврейской и английской Библии значится как Псалом 52:8 — ответ Давида на предательство Доика Идумеянина, который донёс Саулу, что священник в Номве помог беглецу Давиду, и за это Саул велел вырезать восемьдесят пять священников и весь город ( 1 Царств 21–22). Весь псалом до этого стиха — обличение «сильного», который хвалится злодейством, любит ложь больше правды и надеется на своё богатство и жестокость (ст. 1–7). А потом — резкий поворот: «А я...» Это не хвастовство, это контраст. Ты можешь быть могущественным, как Доик, укоренённым в своей власти — и быть вырванным с корнем, как говорит псалом чуть раньше. А можно быть маленьким, гонимым, без власти — и быть, как зеленеющая маслина в доме Божием: укоренённым не в своей силе, а в присутствии Бога. Масличные деревья сажали во дворах святилища — они жили десятилетиями, плодоносили, их не выкорчёвывали. Это образ устойчивости, которая не зависит от твоих обстоятельств. И вторая половина стиха объясняет, откуда эта устойчивость: не характер Давида её даёт, а надежда на милость Божию — то самое еврейское слово «хесед», верная, заветная любовь, которая не меняется. Толкователи расходятся в одном нюансе: понимать ли «дом Божий» буквально как двор скинии, или как образ пребывания в общении с Богом вообще — но оба чтения ведут к одному: жизнь, укоренённая не в себе, а в Боге, цветёт даже среди предательства.

Надписание псалма (в еврейском тексте, хоть в Синодальном переводе оно опущено в самом начале главы) прямо связывает его с событием из 1 Царств 21–22: Давид, спасаясь от царя Саула, приходит к священнику Ахимелеху в город Номву и получает хлеб и меч Голиафа. Доик Идумеянин, старший пастух Саула, случайно оказывается свидетелем этой встречи. Позже он доносит об этом Саулу, и тот, обезумев от ревности, приказывает истребить всех священников Номвы — восемьдесят пять человек — и весь город, включая женщин и детей. Это одно из самых мрачных событий во всей истории Давида: невинные люди гибнут из-за того, что помогли ему. Псалом написан примерно в X веке до н. э., в годы, когда Давид был не царём, а гонимым беглецом, скрывавшимся по пещерам и пустыням Иудеи. Это время полного бессилия: у него не было армии, не было города, не было даже дома — только горстка людей и обещание Бога, данное много лет назад через пророка Самуила. В такой обстановке звучит этот стих: человек без власти, без стабильности, окружённый предательством и насилием, заявляет, что его жизнь укоренена не в обстоятельствах, а в доме Божием — то есть в присутствии Бога, которое он находил у скинии в разные периоды своей жизни, и в верности Бога, которая для него надёжнее любых политических союзов или военной силы.

Слово, которое стоит за «Богом» здесь — אֱלֹהִים (ʼĕlôhîym, H430) Strong's — обычное еврейское имя Бога, употреблённое дважды в этом стихе: «в доме Божием» и «на милость Божию». Интересно, что это одно и то же слово стоит и в «доме», и в «милости» — как будто автор нарочно повторяет: источник и место моей жизни — один и тот же Бог. Само слово «маслина» — זַיִת רַעֲנָן (zayit raʻanan) — «зелёная, свежая, сочная олива». Это дерево-долгожитель: масличные деревья живут сотни лет, их корневая система настолько крепкая, что даже срубленное дерево может пустить новые побеги от старого корня. Образ выбран не случайно — это противоположность вырванному с корнем нечестивцу