1-я Паралипоменон 7:27

Читай это медленно — это последняя строчка в длинной родословной линии колена Ефрема, и она заканчивается именем, которое переворачивает всё повествование: "Нон, сын его, Иисус, сын его." Это Иисус Навин — тот самый, кто ввёл Израиль в землю обетованную после смерти Моисея. Автор Паралипоменон (написанной, скорее всего, после вавилонского плена, когда народ вернулся из Вавилона и нужно было заново понять, кто они такие) methodично перечисляет поколения от Ефрема, сына Иосифа, вниз через несколько имён — Рефай, Решеф, Фелах, Фахан, Ладан, Аммиуд, Елишама, Нон — и вот, наконец, Иисус.

Легко пробежать глазами мимо этого имени, потому что оно стоит в конце скучного, на первый взгляд, списка. Но именно в этом и суть Паралипоменон: автор берёт человека, которого мы знаем как великого героя-полководца, покорителя Иерихона, и напоминает — он был просто звеном в цепи, сыном своего отца, потомком колена Ефрема, обычным человеком в родословной. Величие Иисуса Навина не в том, что он "особенный" по рождению, а в том, что Бог избрал его для служения Matthew Henry.

Стоит заметить: в этой же главе (1 Пар. 7) пропущены целые колена — Дан и Завулон John Gill. Никто точно не знает почему, хотя некоторые связывают это с идолопоклонством, начавшимся в колене Дана. Это напоминает: даже родословные в Библии — не просто списки, а богословское заявление о том, кто помнится и почему.

Разногласий по толкованию этого конкретного стиха практически нет — это ткань родословной, а не спорный богословский текст. Но сам факт, зачем вообще нужны такие списки, вызывает вопрос: зачем Богу так важна память о конкретных именах, поколение за поколением?

Первая книга Паралипоменон (по-еврейски "Диврей ѓа-ямим" — "события дней") была написана, вероятнее всего, в V веке до н.э., после того как персидский царь Кир позволил иудеям вернуться из вавилонского плена — того самого разорения, когда армия Навуходоносора сожгла Иерусалим и храм в 586 году до н.э. и увела выживших в Вавилон. Автор (традиционно — Ездра или писец из его круга) писал для народа, который вернулся на разорённую родину, без царя, без храма в прежнем виде, и должен был заново понять: кто мы такие? Откуда мы пришли? Кому мы принадлежим?

Первые девять глав книги — это сплошные родословные, от Адама и до времён царя Давида. Это не случайность и не бюрократическая скука. Для народа, потерявшего землю, храм и государственность, родословная была якорем идентичности. Если ты можешь назвать своих предков до Иакова, до Авраама — значит, ты по-прежнему часть народа завета, даже если твой город лежит в руинах.

Здесь речь идёт о родословной колена Ефрема — одного из двух колен, произошедших от Иосифа (второе — Манассия). Ефрем был влиятельным северным коленом, и именно из этого рода вышел Иисус Навин, человек, живший столетия раньше — во времена исхода из Египта и завоевания Ханаана, где-то в XV–XIII веках до н.э., в зависимости от датировки. Автор Паралипоменон, перечисляя эту линию, связывает послепленный народ напрямую с эпохой Моисея и завоевания земли — напоминая читателям, что их корни уходят в те великие дни, когда Бог Сам вёл их предков в обещанную землю.

Имя נוּן (Nûwn, H5126) — "Нон" (или "Нун" в других переводах) — означает "вечность" или "продолжение" Strong's. Это отец Иисуса Навина, и хотя само имя малоизвестно, оно стоит в тексте как ещё одно звено — עברение "сын его" (בֵּן, bên, H1121) буквально означает "строитель имени рода" Strong's — то есть тот, кто продолжает и несёт дальше семью, племя, обещание.

А вот имя יְהוֹשׁוּעַ (Yᵉhôwshûwaʻ, H3091) стоит того, чтобы задержаться. Оно составлено из двух частей: יְהֹוָה (Yahweh, "Господь") и יָשַׁע (yashaʻ, "спасать, избавлять"). Дословно — "Господь спасает" или "Яхве — спасение" Strong's. Это то же самое имя, что по-гречески звучит как Ἰησοῦς (Иесус) — да, буквально то же имя, что носит Иисус Христос. Не совпадение звучания, а одно и то же еврейское имя, просто прошедшее через разные переводы и века.

Заметь: слово בֵּן ("сын") повторяется здесь снова и снова, как молоток, бьющий по одному гвоздю — "сын его, сын его, сын его..." Это ритм родословной, но также и богословское утверждение: обещание Бога не прерывается, оно передаётся из рук в руки, из поколения в поколение, пока не доходит до человека, чьё имя само по себе — проповедь: "Господь спасает".

Вот где эта скучная родословная вдруг взрывается светом. Имя "Иисус Навин" и имя "Иисус Христос" — не просто похожи. Это одно и то же еврейское имя, יְהוֹשׁוּעַ — "Господь спасает". Иисус Навин ввёл народ Божий в землю обетованную после смерти Моисея. Но автор Послания к Евреям прямо говорит: тот покой, который дал Иисус Навин, был неполным — "если бы Иисус доставил им покой, то не было бы сказано после того о другом дне" ( Евр. 4:8). Земля Ханаанская была тенью, а не самой вещью. Она была картинкой, а не оригиналом.

Настоящий покой — не участок земли между Иорданом и морем, а примирение с Богом, восстановление всего, что было сломано. И вот приходит Тот, кто носит то же имя, что и Навин, но совершает то, чего Навин не мог: вводит не в клочок земли, а в вечный покой Божий, побеждая не хананеев, а грех и смерть. Ангел так и говорит Иосифу: "наречёшь Ему имя Иисус, ибо Он спасёт людей Своих от грехов их" ( Мф. 1:21) — то же имя, тот же корень, но исполнение куда глубже.

Иисус Навин был воином, ведущим израильтян мечом. Иисус Христос — Пастырь и Царь, ведущий Своих через крест. Один был предвестником — грубым наброском карандашом; Другой — законченной картиной. Когда ты видишь имя "Иисус, сын его" в конце этого скучного списка, ты видишь тень креста, отброшенную назад в историю на тысячу с лишним лет.

Ты, наверное, пролистываешь родословные в Библии — большинство людей так делают. Но остановись на секунду на этом стихе и подумай: Бог заботится о том, чтобы записать имя Нона, отца которого ты никогда больше не встретишь в Писании. Он не забыт. Он часть цепи, которая привела к Иисусу Навину — а тот часть цепи, ведущей к Иисусу Христу.

Твоя жизнь тоже — звено в цепи. Может, ты никогда не станешь известным, о тебе никогда не напишут книгу. Но если ты живёшь верой, если ты передаёшь следующему поколению не имя, а веру — ты часть той же истории, которая закончится не в родословной книге, а в лице Христа.

Вот что это стоит тебе: смирение. Легко хотеть быть Иисусом Навином — героем, покорителем стен Иерихона. Труднее принять, что, возможно, твоё призвание — быть Ноном, человеком, о котором почти ничего не сказано, кроме того, что он передал имя дальше. Бог не спрашивает у тебя славы. Он спрашивает верности: воспитаешь ли ты следующее поколение в вере, даже если твоё собственное имя останется в тени?

И ещё: если само имя "Иисус" значит "Господь спасает", спроси себя честно — веришь ли ты в это на самом деле, в свою повседневную усталость, страх, неудачу? Или ты, как многие, веришь, что спасение зависит от тебя самого? Это имя было дано не для украшения родословной. Оно было дано как обещание — и потом исполнено кровью на кресте.

• Господи, спасибо, что Ты помнишь даже те имена, которые я никогда не встречу в истории — научи меня верить, что моя жизнь тоже имеет значение в Твоих глазах.
• Прости меня за то, что я хочу быть героем, а не просто верным звеном в цепи — научи меня служить, даже когда никто не заметит.
• Помоги мне по-настоящему поверить в смысл имени "Иисус" — что Ты действительно спасаешь меня, а не просто прощаешь на бумаге.
• Дай мне сердце передать веру следующему поколению — детям, друзьям, тем, кто придёт после меня — даже если моё собственное имя забудется.
• Веди меня в тот истинный покой, который Иисус Навин лишь предвозвестил, а Христос действительно дал — покой от вины, страха и борьбы за собственное спасение.

• Если бы твоё имя стояло в родословной, каким бы наследием веры (или его отсутствием) ты хотел бы, чтобы тебя запомнили?
• Ты когда-нибудь завидовал более "заметным" христианам, вместо того чтобы принять своё скромное, невидимое служение?
• Веришь ли ты на самом деле, что "Господь спасает" — не в теории, а в конкретной боли или страхе, который ты носишь прямо сейчас?
• Что для тебя значит "покой", о котором говорит Послание к Евреям — испытываешь ли ты его, или всё ещё пытаешься сам себе его заработать?
• Кому ты сознательно передаёшь свою веру — как звено в цепи, — а кому просто позволяешь угаснуть рядом с собой?